#Оставайтесьдома

0
137

ВРАЧ — ПРОФЕССИЯ МУЖЕСТВА

Шамиль Абубакарович Магомедов — врач — кардиолог Центральной больницы города Буйнакска. Он был в первой бригаде врачей, когда в больницу начали поступать пациенты с подозрением на коронавирусную инфекцию.

— Сначала нас было всего двое врачей, потом пошел наплыв. Добавили ещё двоих, — рассказывает врач. — Конечно, мы все знали, что в мире идёт пандемия, но даже это знание не подготовило нас морально к тому, с чем придется столкнуться. Люди попадали в больницу целыми семьями. Правда, в основном, с атипичной пневмонией. Причем, по большей части не городские жители, а из Буйнакского района. Более того, каждый третий — медработник, обслуживавший население в участковой больнице, ФАПе или врачебной амбулатории.

Шамилю Абубакаровичу и его коллегам пришлось, наверное, сложнее всех. Им, как первопроходцам, предстояло путем проб и ошибок выработать алгоритм работы для последующих бригад. Сколько времени можно работать в защитном костюме, чтобы организм не давал сбой, какая комплектация врачей, медсестер и санитарок должна быть в смену, сколько будет длиться смена, как наладить слаженность работы  в «красной зоне», возникало и ещё множество других вопросов, на которые не было ответов.

— Для нас на четвертом этаже устроили общежитие, в котором мы живём во время смены. Первое время мы работали по 6 часов, и потом поднимались туда еле-еле, что называется, «по стеночке». У костюмов — парниковый эффект, плюс, вернее, минус — они достаточно тяжёлые. Так мы поняли, что работать в них нужно не более 4-х часов. Потом — продолжительность смены. Первоначально решили, подекадно. Но, опять-таки  опытным путем выяснилось, что семь дней — потолок. И  так далее, — объясняет Ш.Магомедов.

 

Можете себе представить уровень нагрузки?

И это только непосредственная  работа с больными, а была ещё работа с неверящими родственниками, которые требовали доказательств, отказываясь признать тот факт, что их  родной человек действительно болен. Об этом врач умолчал.

Наверное, до людей только-только начинает доходить вся серьёзность ситуации. Когда болеют не » где-то там», а совсем рядом … друзья, знакомые, близкие. И даже в этой ситуации остаются те, кому больше по душе теория массонского заговора. А ещё есть те, которым «неудобно». Неудобно не прийти и не стоять под окнами реанимации, где лежит родственник, потому что «так принято». И что с того, что этим самым они подвергают себя риску быть следующим пациентом этой самой реанимации. Неудобно ходить по городу в маске, а, тем более, сидеть дома, потому что «не по  понятиям». А в итоге Шамилю Магомедову и его коллегам приходится дневать и ночевать в больнице.

А есть ещё и такие, кто говорит о том, как медработники «будут  грести деньги» .

А уровень ответственности, уровень самопожертвования, чем его измерить? Когда близкие просят, умоляют отказаться, не идти на работу. Не подвергать свою и их жизни опасности. Какими деньгами измерить момент, когда врачу нужно выйти к родственникам и сказать, что их  близкий человек умер?

— К сожалению, даже сегодня люди недооценивают уровень опасности, — говорит Шамиль Абубакарович. — Я бы таким неверующим показывал снимки больных, заражённых коронавирусом или атипичной пневмонией. Может, вид лёгких, изъеденных инфекцией, на них подействует, и они поймут, как мало от них требуется — просто сидеть дома.

А врачу Магомедову это недоступно. Сдав смену, он сдал тест на инфекцию и, если он окажется отрицательным, снова пойдет на новую смену как на линию фронта, на войну с вирусом, в которой он обязан победить.

 

Сабина ИСРАПИЛОВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ