Мы продолжаем рассказ о том, как менялся и развивался наш город за время своего существования. Какие события наиболее значительно сказались на его облике. Какие вехи пришлось преодолеть Буйнакску и буйнакцам. И сегодня речь пойдет о двух землетрясениях, полностью изменивших привычный уклад муниципалитета.
14 мая 1970 года земля под Дагестаном вздрогнула так, что вспомнили о ней от Москвы до Ташкента. А через пять лет, в январе 1975-го, она вздрогнула снова — на этот раз прицельно по Буйнакску. Два землетрясения, два удара судьбы — и восьмилетняя эпопея восстановления, в которую включилась буквально вся страна. Кубанские кирпичи, узбекские строители, армянские монтажники, ленинградские инженеры, тульские бригады, грузинские реставраторы — Буйнакск собирался заново из рук десятков народов СССР.
Первый толчок пришёлся на полдень — в 12:20. Сила в эпицентре, расположенном в Буйнакском районе, в треугольнике сёл Кумторкала — Чиркей — Зубутль, достигла 7–8 баллов. Земля шла волнами — «будто пшеницу колыхнуло ветром», как потом писал сейсмолог Николай Шебалин. Асфальт двигался под ногами, с крыш летели дымоходы, стены саманных домов прорезали кривые трещины.
И всё же этот первый удар был, по сути, спасительным. Люди вышли из домов. Дети были на уроках — школы успели эвакуировать. Когда в 21:12 обрушился второй, главный толчок силой 9 баллов и магнитудой 6,7, улицы были пусты. «Не заходи в дом — умрёшь», — говорили тогда друг другу.
Второй толчок длился несколько секунд, но выделил энергию, равную двум миллиардам киловатт-часов — столько все электростанции Дагестана вырабатывали за четыре года. По мощности он более чем в сто раз превосходил ташкентское землетрясение 1966 года.
Последствия были сокрушительными. Землетрясение ударило по 16 сельским районам и четырём городам — четверти территории Дагестана, где проживала половина населения республики. 22 населённых пункта стёрты с лица земли полностью, 257 серьёзно повреждены. Погиб 31 человек, около 45 тысяч остались без крова.
Буйнакск принял на себя один из самых тяжёлых ударов. Жилые дома, школы, больницы, линии электропередачи, мосты, дороги — всё было повреждено или разрушено. Люди переселялись в уцелевшие здания, кого-то размещали в палаточных городках, по 2–3 семьи в палатку.
А земля не успокаивалась. С 15 мая по 27 июня сейсмическая станция «Махачкала» зафиксировала более 1140 афтершоков (подземных толчков). Для сравнения: в Ташкенте после их землетрясения было около пятисот.
Страна откликнулась
Уже 15 мая в Махачкалу прилетела правительственная комиссия во главе с председателем Совмина РСФСР Геннадием Вороновым. 22 мая Совет Министров РСФСР принял постановление № 323 «О дополнительных мерах по ликвидации последствий стихийного бедствия». 4 июня последовало постановление ЦК КПСС и Совмина СССР — обширная программа, рассчитанная на три с половиной года. К республике обратились с просьбой: включитесь.
И страна включилась.
Узбекистан первым делом прислал 600 строителей со специализированной техникой — ташкентцы знали, каково это: четыре года назад их город пережил то же самое. В Махачкале они построили целый микрорайон, который назвали «Узбекгородком» — 20 тысяч квадратных метров жилья. В 2023 году там установили памятник строителям-узбекистанцам.
Краснодарский край отправил строительно-монтажный поезд (СМП) в составе треста № 14 — прямо в Буйнакск. За три года кубанские строители вместе с коллегами из Ставрополья и других регионов возвели в городе целый микрорайон, получивший символическое название «Дружба» — с просторными трёх-пятиэтажными домами, школами на 1280 и 1176 мест, детскими садами, домом быта, зданием горкома партии, столовой, очистными сооружениями. Автоотряд Краснодарского транспортного управления перевёз от железнодорожных станций до населённых пунктов более 30 тысяч тонн грузов. Кубань поставила 5 миллионов штук кирпича — сняв их с собственных потребителей, несмотря на острый дефицит стройматериалов в крае. Новороссийские заводы отгрузили цемент. Краснодарский механический завод прислал в дар новые автобусы, автоклубы и передвижные библиотеки.
Армения, Северная Осетия, Кабардино-Балкария прислали свои строительные бригады — они работали бок о бок с местными жителями на возведении микрорайона «Дружба».
Москва, Ленинград, Тула, Грозный — каждый внёс свою долю. Ленинградские строители оставили в Махачкале гостиницу «Ленинград» — 17-этажную, невиданную прежде для города. Тульский строительно-монтажный поезд работал в столице республики.
Дети из пострадавших районов были отправлены в разные концы страны. Краснодарский край принял в своих здравницах сотни дагестанских школьников. Семилетний Рамазан Абдурахманов попал с братьями в Москву, в школу-интернат № 70 на Ленинском проспекте. В город на восстановительные работы приехали бригады из Белоруссии и Украины — «можно сказать, со всего Союза», вспоминает он.
Даже эсперантисты организовали Всесоюзный стройотряд — вместо запланированного языкового лагеря. Приехали ребята из Москвы, Новосибирска, Литвы. Жили в палатках на территории завода, работали на стройке, и о них писали «Комсомольская правда» и «Комсомолец Дагестана».
Январь 1975-го: второй удар
Город ещё не успел оправиться от первой катастрофы, когда 9 января 1975 года земля ударила снова — на этот раз прицельно по Буйнакску. Интенсивность толчков в городе достигла 8 баллов.
Как и в предыдущий раз, были разрушены или пришли в аварийное состояние сотни домов. Землетрясению предшествовал сильный форшок (предварительный толчок) 4 января, а после основного удара последовала целая серия афтершоков.
Ущерб был серьёзным, особенно для социальной инфраструктуры. Практически полностью была разрушена школа № 3. Другие учебные заведения получили повреждения. Школа № 5 («гаджиевская») уцелела, но оказалась в аварийном состоянии — после землетрясения здание хотели снести как обветшавшее. Здание музея тоже планировалось под снос. Но горожане встали на его защиту: здесь в 1920 году подписывали документ об автономии Дагестана. В итоге строители из Грузии взялись укрепить старинное здание и спасли его.
25 февраля 1975 года ЦК КПСС и Совмин СССР приняли постановление № 150, а 18 марта Совмин РСФСР выпустил постановление № 161 — «О мерах помощи Дагестанской АССР по ликвидации последствий землетрясения в г. Буйнакске и Буйнакском районе». Документ поражает детализацией. На восстановительные работы выделялись 10 миллионов рублей капитальных вложений. Министерству промышленного строительства СССР, Министерству строительства, Министерству строительства предприятий тяжёлой индустрии, Мособлисполкому и Мосгорисполкому предписывалось поставить в 1975–1978 годах материалы и оборудование. Военно-строительный отряд направлялся в распоряжение Совмина Дагестана для работ в 1975–1979 годах. Гражданам, пострадавшим от землетрясения, предоставляли кредит на восстановление и капитальный ремонт индивидуальных домов — 1500 рублей на семью, на срок до 12 лет.
В Буйнакск снова поехали строители — из Армении, Узбекистана, Горького, Ставрополя. Снова возводились жилые дома, школы, больницы, объекты соцкультбыта — план был рассчитан до 1979 года.
«Дружба», которая осталась
Микрорайон «Дружба» в Буйнакске — самый зримый памятник той эпохе. Кубанские, ставропольские, армянские, осетинские, кабардино-балкарские и местные строители бок о бок возводили дома, которые стоят и по сей день. Название говорящее: каждый дом, каждая школа — это кирпич и руки конкретной республики.
Ликвидация последствий дагестанского землетрясения длилась около восьми лет и стала всесоюзным делом — об этом прямо пишут историки. В зону бедствия отправлялась гуманитарная помощь, перечислялись денежные средства, тысячи детей отдыхали в лагерях и санаториях от Кубани до Подмосковья.
Сегодня, глядя на тихий Буйнакск, раскинувшийся у подножия гор, трудно представить, что половина его была построена заново — и не местными силами, а всей страной. Кирпичи из Краснодара, цемент из Новороссийска, инженеры из Ташкента, монтажники из Еревана, водители из Горького, реставраторы из Тбилиси — каждый внёс свою долю в город, который решили не оставлять на руинах.
Микрорайон «Дружба» носит своё название не ради красного словца. Он и правда был построен дружбой — десятков народов, которые приехали в чужой край и оставили в нём часть себя. И в этом, пожалуй, главный урок тех лет: стихия может разрушить всё за несколько секунд, но чтобы собрать заново — нужны годы и руки со всей страны.
Сабина Исрапилова.
