В юбилейный для Буйнакска год, мы продолжаем публикации о прошлом нашего города. В сборе исторических хроник, большое подспорье книги нашего земляка Булача Гаджиева о жизни Темир-Хан-Шуры и ее обитателей. Именно из его книги «Темир-Хан-Шура» и взяты приведенные ниже данные. А еще мы решили провести небольшую параллель дней минувших с днем сегодняшним и нашли информацию о водоснабжении города на заре его формирования, его освещении, или говоря языком современности, проблемах ЖКХ.
Жизнь города
На первых улицах Темир-Хан-Шуры, не успевших ещё получить названий, и на единственной пока площади как грибы росли лавки, духаны, трактиры купцов Азаровых, Голиковых, Долгополовых, Бурундуковых, Юдиных…
В те же годы возник базар, куда жители Кафыркумуха, Муслимаула, Халимбекаула и других селений свозили сено, дрова, фрукты, виноград, древесный уголь.
Кустари Верхнего и Нижнего Казанищ наводняли базар Темир-Хан-Шуры искусными изделиями из серебра, меди и железа с насечками и густой сетью тончайшего рисунка. На рынке можно было приобрести кувшины, тазы, уздечки и сбрую, ножи разных форм и размеров и, конечно, знаменитые, известные всему Кавказу, базалаевские кинжалы.
Несмотря на появление новых домов и улиц, где, кроме военных, жили и гражданские лица, Темир-Хан-Шура ещё в 40-е годы не была благоустроена.
Ямы для изготовления саманного кирпича, выкопанные прямо на улицах, не засыпались, а после дождей заполнялись водой. Летом вода в них гнила, отравляя воздух. Улицы были настолько неблагоустроены, что с наступлением темноты ходить по ним становилось опасно. И, вот, тогда временный воинский начальник крепости капитан Ктитеров в докладной записке на имя генерала Клугенау попросил разрешить поставить столбы с фонарями. По этому случаю из Тифлиса доставили двадцать светильников, а из Дербента — бочку нефти.
В ночь под Новый, 1840-й, год жители и солдаты провинциального укрепления были удивлены необыкновенным для них зрелищем. Главную улицу осветили 9 фонарей с четырёхсторонним отражением.
Автор книги «25 лет на Кавказе» А.Л. Зиссерман оставил следующее описание жизни в крепости в те годы: «Темир-Хан-Шура страдала недостатком хорошей воды и отличалась классической грязью и лихорадочным воздухом вследствие низменного своего положения и какого-то гнилого озера».
В Темир-Хан-Шуре не было естественных источников. Воду приходилось брать из Шура-озени и родника Какал-Булак. Солдаты-водовозы (крепость обслуживали 14 водовозов) спускались к речке через Ишкартинские ворота. В морозы и непогоду это создавало большие неудобства. Нужда заставила провести земляные работы по прокладке глиняных труб для водопровода, берущего начало из речки Апке-озень.
В пятистах метрах от военного городка был построен резервуар-отстойник. Жители стали получать воду в достаточном количестве, а начальство позволило себе даже такую роскошь, как строительство двух фонтанов.
Много бедствий несло темир-хан-шуринцам озеро Ак-коль, находившееся в центре крепости. По свидетельству Е.И. Козубского, озеро имело в окружности четыре километра. Вода в нём была солёной, непригодной для употребления, но очень полезной для купания и целительной для некоторых больных (Дагестанский сборник. — Темир-Хан-Шура, 1904. — Вып. I).
С начала строительства крепости отходы, сор, нечистоты выбрасывались прямо в воду. Для нужд городка требовалось много леса. Его вырубили на окружающих озеро горах. Всё это привело к заболачиванию Ак-коля. Озеро стало топким. Комары, гнездившиеся в камышах, распространяли лихорадку. Смертность от неё была не ниже, чем от бедствий войны. В 1854 году солдаты прорыли канаву, по которой вода ушла из озера в Атлан-озень. Дно бывшего озера предприимчивые люди превратили в огороды и получали здесь немалые урожаи.
В 1854 году на самом возвышенном месте крепости был заложен фундамент Андреевского военного собора.
Как пишет Е.И. Козубский, чертёж фасада принадлежал знаменитому художнику-баталисту Г.Г. Гагарину. Собор напоминал средневековый замок.
Весной 1861 года строительство собора было завершено. 2-го апреля около двух тысяч дворян, офицеров, купцов, владельцев домов собрались в соборе. В тот день происходило чтение Манифеста Александра II об отмене крепостного права. Когда чтение и благодарственная молитва закончились, и публика стала выходить из собора, простолюдины, стоявшие на паперти, задавали один и тот же вопрос: «Неужто правда, что дали освобождение?». По совету господ в благодарность за Манифест здесь же стали собирать деньги, чтобы «выписать для новой шуринской церкви святую икону Ангела Государя Императора» (Кавказ. — 1961. – 28 мая. (№ 41).).
В 30-е годы прошлого столетия в разгар борьбы с религией снесли обе колокольни собора, вместе с колоколами и курантами. А в 1968 году взорвали и сам собор. Так, просуществовав 107 лет, исчез с лица земли интересный памятник религии и архитектуры прошлого.
