Магомедхана Гулдачева в нашей редакции знали многие. Еще будучи студентом Московского Высшего военного- командного училища, он создал проект: «Наши герои — люди из стали», в котором рассказывал о наших ребятах на СВО, и к 80-й годовщине Великой Победы он поделился с нами несколькими интересными историями мужества советских людей (в том числе и своих бабушек) в годы Великой Отечественной войны, о которых мы и написали в нашей газете. А еще, мы несколько раз писали о нем, когда парень доставлял гуманитарный груз на линию соприкосновения.
В общем, мы с парнем подружились. Даже иногда обменивались поздравлениями по случаю. И потому, я была очень удивлена, когда узнала, что Магомедхан, оказывается, после окончания военного училища сам поехал на СВО, получил серьезное ранение и сейчас находится дома, в Буйнакске, в отпуске по ранению.
Созвонились, договорились встретиться. Сначала я даже не поняла, что этот человек с палочкой и уставшим взглядом тот самый молодой лейтенант, который, горя энтузиазмом, частенько приходил в гости.
— В апреле 2025 года, сразу после училища, я попал в зону специальной военной операции в первый раз. Но, через какое-то время поступил приказ командующего группировкой войск, чтобы молодых лейтенантов в течение полугода после окончания училища на СВО отправлять запрещено.
Но я не собирался отсиживаться, сразу же подал рапорт с просьбой отправить меня обратно. И в июне месяце я добился своего, вернулся на Украину, на южно-донецкое направление. Получил позывной «Пегас». Выполнял боевые задачи вблизи населенных пунктов Авдеевка, Софиевка и других.
20 января передо мной взорвался дрон. Я был ранен в позвоночник. Получил перелом пяточной кости, ранение почки и осколочные ранения мягких тканей. Меня эвакуировали в Ростов, а затем – в филиал военного госпиталя в Астраханской области. Там проходил лечение. Теперь нахожусь в отпуске по ранению, — рассказывает М. Гулдачев.
Казалось бы всего несколько строк. Но за ними – не просто выполнение боевых задач. Магомедхан скромно умалчивает, что за короткий срок был награжден медалью Суворова, медалью Жукова, а ныне — представлен к ордену Мужества.
— В принципе, я знал, с чем мне придется столкнуться в зоне СВО. Весь профессорско-преподавательский состав нашего высшего военно-командного училища часто ездил в боевые командировки на Украину. И они делились своим богатым накопленным опытом с нами, курсантами. Плюс, я сам ездил туда с гуманитаркой. Было и тесное общение с друзьями, которые участвовали в спецоперации. И у меня было большое желание отстаивать интересы нашего Отечества. Перед глазами стоял и пример родителей – военнослужащих. Я понимал, что мое место кадрового офицера именно там. Меня ждут. Я нужен. И мне верилось, что я готов ко всему. Но, оказалось, что я до конца не осознавал картину войны. Она намного тяжелее, жестче. Я не был готов к тому, что на моих глазах погибают ребята, с которыми ты еще час назад вместе смеялся, пил чай. И это самое тяжелое. Об этом не забываешь. Это постоянно с тобой.
Я стал больше ценить жизнь, вещи, которые здесь кажутся обычными, а там роскошью – чистую постель, возможность принять душ, да многое из того, что мы даже не осознаем, когда имеем, — делится парень.
Нет, не парень, мужчина. Рано повзрослевший, не раз смотревший смерти в лицо.
Наряду с физической реабилитацией, ребятам, впервые столкнувшимся с суровой реальностью боевых действий, очень нужна реабилитация моральная. И здесь Магомедхану повезло — рядом были родители. Отец его участвовал в чеченских событиях, в боевых действиях в Цхинвале и в военной операции в Сирийской Арабской Республике. Мама также воевала в Чечне и в 1999-м в Ботлихе. И они знали, о чем можно говорить с сыном, а что лучше не затрагивать.
Боец признается, что с матерью у него вообще особая эмоциональная связь.
— Меня ранили 20 января, в полдень. Когда, уже в госпитале мне передали мой телефон, выяснилось, что в это время мама звонила и писала мне раз десять. Потом она рассказала, что почему-то не могла найти себе места. Думаю, то, что я остался жив, действие ее молитв. И еще одного дорогого мне человека – моей невесты, — делится он.
Да, помимо участия в спецоперации, в жизни Магомедхана случилось еще одно судьбоносное событие – он встретил свою вторую половинку.
— После окончания вуза мой друг пригласил меня на свою свадьбу, в Кабардино-Балкарию. Там я обратил внимание на девушку, которая очень красиво танцует лезгинку. Думал, она кабардинка или осетинка, оказалось – русская. Невеста друга была ее подругой. Так мы познакомились. А вскоре я понял, что она – моя судьба. Родители поддержали мой выбор. Моя невеста – учительница. Живет в Ставропольском крае. Я твердо знаю, что ее любовь меня хранит, — признается Пегас.
На вопрос о дальнейших планах, М. Гулдачев , ни минуты не задумываясь, ответил: «Безусловно, продолжу службу. Буду выполнять боевые задачи, защищать Родину. Я давал присягу своей стране. Там меня ждут мои ребята, и вместе с ними буду приближать нашу неминуемую и скорейшую победу».
Младший брат Магомедхана также выбрал профессию военного. Он учится в том же вузе, что и боец. На сегодняшний день защищает честь Московского высшего военно-командного училища в составе сборной по армейскому рукопашному бою. Старший брат служил в ракетных войсках стратегического назначения.
— Я ни на минуту не пожалел о выборе профессии. Я еще в детстве ее выбрал. Я очень люблю свой народ, свою Родину. И сегодня мы боремся там с нацизмом, чтобы эта грязь не пришла на нашу землю. Мы – продолжатели своих дедов и прадедов. Мы не захватчики, а освободители. 12 лет народ братской Украины страдал от фашизма. И мы должны положить этому конец – уничтожить машину нацизма, — говорит человек, для которого «офицерская честь» — это не красивые слова, а образ жизни.
Да, он сильно изменился. На смену восторженности вчерашнего мальчишки пришло серьезное, взвешенное, выверенное в боях понимание российского офицера, что наше дело правое, и победа будет за нами!
Сабина ИСРАПИЛОВА
